Издательство »» Ионинский листок »» № 9 (338). «ПОКАЯНИЯ ОТВЕРЗИ МИ ДВЕРИ, ЖИЗНОДАВЧЕ»

«ПОКАЯНИЯ ОТВЕРЗИ МИ ДВЕРИ, ЖИЗНОДАВЧЕ»

Мир не может, не хочет покаяться, потому что исполнен самооправдания — того, что абсолютно противоположно покаянию; он исполнен самоутверждения, отвергающего покаяние. И те, кто пытаются порою искать духовной жизни, тоже ищут в ней самоутверждения и думают, что какими-то внешними знаниями, какой-то «техникой» (буквально употребляя эти слова: «техника духовной жизни») они смогут достичь духовных высот. Но Святая Церковь молитвою о даровании нам покаяния и говорит, что покаяние — это дар Божий.

«Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче», — звучит призыв Господень к покаянию, и, кажется, что мешает нам покаяться? Но нет у нас сил для покаяния, нет способности для этого. Никто сам, своими собственными силами не может прийти к Богу. Никто не может придти ко Мне, — говорит Христос, — если не привлечет его Отец… (Ин. 6, 44). И святой пророк издревле говорит, обращаясь с молитвой ко Господу: Обрати нас к Тебе, Господи, и мы обратимся… (Плач. 5, 21). Однако Господь обращает к Себе тех, кто желает этого обращения: тех, кто ищет лица Его.

Он ко всем обращается: Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные… (Мф. 11, 28). Приходящего ко Мне, — говорит Он, — не изгоню вон (Ин. 6, 37), и аще кто алчет, да грядет ко Мне. Всех зовет Господь, и покаяние — это воля Божия о жизни каждого человека: воля, любящая человека и исполненная великих даров. Покаяние — это воля человеческая, которая знает грех, боится греха и боится Бога; которая знает страх Божий и ищет возвращения ко Господу.

Встреча воли Божией и воли человеческой есть покаяние. Это встреча, которая отверзает двери в Царство Божие. Покаяния двери и двери Царства Божия — это одни и те же двери. Покаяние — это не просто воздыхание о наших грехах, исполненное слез и печали. Настоящее покаяние — это то, что делает человека способным принять милосердие Божие, Его непостижимую любовь. Это то, что охватывает ум, сердце и волю человека благодарностью к Богу, сокрушением сердца, глубокой печалью о своих грехах, изумлением перед тем, что совершает Господь с человеческой жизнью.

Покаяние — это не просто высокий душевный порыв и не просто та благодать, которую может получить человек, всецело обратившийся вдруг ко Господу. Благодать Божия превосходит все дары, которые мы можем получить от Бога в течение земной жизни, и человек не в состоянии принять все дары Божии: все, что есть у Бога. Потому покаяние — это всегдашняя устремленность к той новизне Божественной жизни, к которой все мы призваны; это устремленность так строить нашу жизнь, чтобы наша воля соединялась с волей Божией.

Дай нам Господь понимать, что покаяние — это не то, что относится к такому-то греху, каким бы ужасным он ни был. Хотя всякий нераскаянный грех — грех к смерти, и есть такие грехи (особенно в наше время), когда грех, становясь нормой в человеческом обществе, требует сугубого, немедленного и глубокого раскаяния, иначе человек никогда не узнает о смысле призыва Господня к покаянию.

Дай нам Господь понимать, что покаяние — это не то, что относится к такому-то времени нашей жизни, когда мы можем сказать, что «в молодости я грешил, а теперь у меня все по-другому», или что «до крещения у меня были страшные грехи, а теперь мне не в чем каяться».

Дай нам Господь понимать, что покаяние — это не то, что относится к такому страшному состоянию, с которого начинается предупреждение о самой опасной болезни сегодня: когда человеку кажется, что он уже чего-то достиг, и ему не нужно изменение ума, потому что он в этом не нуждается. Здесь происходит то, о чем говорит Христос: Кто возвышает себя, тот унижен будет… (Мф. 23, 12). Это совсем другое «изменение ума» — не благодатное преображение духа, а распад, который не остановится до тех пор, пока человек не припадет с покаянием к Богу.

Дай Господь понимать нам, что покаяние — это не то, что относится к молитве, которую мы услышим сегодня, и ко всем покаянным службам, которые будут накануне Поста и Великим Постом. Покаяние — это не то, что относится к такому-то этапу нашей жизни, но то, что относится ко всей жизни нашей. Это то, что обозначает весь путь нашей жизни и жизни с Богом. Это то, что относится к тайне Креста и Воскресения и этою тайною измеряется. Потому и звучит «Покаяния отверзи ми двери…» после того, как мы воспоем: «Воскресение Христово видевше…». Это то, что относится к тайне Бога, ставшего человеком и сделавшего нас способными покаянием быть причастниками Божественного естества.